Стали известны подробности убийства малолетнего ребенка в Липецке

В Липецком областном суде присяжные заседатели под председательством судьи Олега Мирошника начали слушанья дела об убийстве двухлетнего ребенка. На скамье подсудимых – 25-летний Владимир Царёв. Именно он во время следствия признался в том, что избивал пасынка, что впоследствии привело к его смерти.

В первый день процесса состоялся опрос 28-летней матери  убитого ребёнка. Женщина заявила в суде, что не желает, чтобы ее снимали камеры в зале суда и разглашали ее личные данные. Опрашивали женщину, потерявшую ребенка, сторона гособвинителя – прокурор Нина Гончарова, адвокат обвиняемого Александр Ретюнских и судья Олег Мирошник. Перед ними стояла одна цель: восстановить подробную картинку событий октября 2017 года, которые и привели к трагедии.

Женщина рассказала, что познакомилась с обвиняемым Владимиром Царёвым в мае 2017 года на работе и между ними сразу завязались отношения. Мужчина знал о наличии у нее двух детей от разных браков – семилетнем Кирилле и полуторагодовалом  Арсении. На тот момент женщина была в бракоразводном процессе с отцом младшего сына. В конце августа пара стала жить вместе в частном доме женщины на Сырском Руднике. Мать устроилась работать сортировщицей на «Почту России» в ночную смену, чтобы днем  заниматься домом и детьми. Владимир Царёв постоянно не работал, а лишь шабашил в ритуальных услугах. Мужчина сразу нашел общий язык с мальчиками. По словам опрашиваемой, дети охотно играли и занимались с Владимиром. Младшего ребенка он учился одеваться, со старшим играл в шахматы и учил кататься на велосипеде. Спустя время мальчики даже стали называть его «папа Вова». Именно он сидел с детьми в то время, когда женщина уходила на смену. В его обязанность входило купание и укладывание детей спать.

 Каких-то проблем до трагедии в семье не было, дети никогда не жаловались на жестокое или грубое обращение нового папы, а если синяки и появлялись, то это было лишь следствием их активных игр.

 Трагедия произошла 29 декабря 2017 года. Вечером женщина как обычно собралась на работу к семи часам вечера, усадила детей и нового мужа ужинать. Уже придя на работу, мать созвонилась с Царёвым, который сообщил ей, что дети плохо себя ведут, но женщина не придала этому значение и попросила скорее уложить их спать. Около полуночи сожитель позвонил ей уже в истерике и рассказал, что младший Арсений потерял сознание и у него изо рта пошла пена. Женщина велела вызвать скорую помощь, а сама спешно поехала домой. Там она увидел ребенка, лежащего в кроватке, при этом мужчина говорил, что не знает, что произошло с сыном. Женщина попыталась сделать мальчику искусственное дыхание, и уже приехавшие медики диагностировали у малыша состояние комы. В больнице мальчику сделали МРТ и сразу положили в реанимацию.

По словам женщины, дома она не заметила каких-либо ссадины и синяков на теле ребенка, хотя он лежал в кроватке в одном памперсе.

 Когда гособвинитель зачитывал информацию о количестве травм, полученных ребенком, сидевшие в зале суда не могли сдержать слез. Медики диагностировали более 20 ушибов, у мальчика был разрыв селезенки, огромная гематома в паховой области, множественные ушибы лица, тела и ягодиц, тяжёлая черепно-мозговая травма. Именно она стала причиной смерти малыша, который так и не смог выйти из комы и скончался 1 ноября в реанимации. Опытные воачи в один голос говорили, что подобные травмы невозможно получить за один раз. Многочисленные синяки на теле ребенка были получены в разное время: были как зажившие. Так и свежие. Ребенок явно подвергался неоднократному избиению в течение продолжительного времени.

После больницы, около трех ночи (30 октября) женщина приехала домой, где в приватной беседе «папа Вова» признался ей, что именно он ударил мальчика дважды по голове, после чего тот потерял сознание. Якобы ребенок плохо себя вел и много капризничал. После чего к ним в дом приехали полицейские, они показали фотографии с гематомами ребенка, сделанные в больнице и доставили обоих родителей в отдел полиции для дачи показаний. По словам матери, именно в этот момент она впервые увидела на теле ребенка синяки и ушибы. Женщина знала лишь о существовании большого синяка на щеке ребенка, который он получил за день до трагедии, упав с кроватки.

Уже после похорон маленького Арсения начались стандартные следственные действия. Признавшегося в побоях сожителя арестовали, в отношении него возбудили уголовное дело.  Мать ребенка признали потерпевшей стороной. Правда, с этим не согласны родственники со стороны отца погибшего малыша. 

 Женщина, рассказывая о смерти ребенка, часто заходилась в слезах и не могла говорить, а на вопрос, считает ли она своего сожителя виновным, сначала замялась, после чего ответила, что его виновность должен определить суд и наказание тоже «ведь он и так во всем уже признался».

Адвокат обвиняемого Александр Ретюнских задал ряд уточняющих вопросов, часть из которых судья отклонил. Например, о том, почему женщина во время следственных действий не участвовала в очной ставке и отказалась от прохождения полиграфа? Еще адвоката интересовала судьба кухонной скалки, которая после трагедии пропала из дома.

В конце опроса судья Олег Мирошников поинтересовался у матери, как быстро проявлялись на теле мальчика синяки, женщина ответила, что в течение суток. Тогда судья уточнил, почему же она не увидела синяки на теле ребенка до попадания в больницу. Ведь перед этим женщина сказала, что все ушибы она увидела лишь на фото полицейских, сделанных в больнице. Тогда возникает логический вопрос. Если травмы ребенок получил в промежутке между шестью и одиннадцатью вечера в день трагедии, то как синяки проявились  на теле малыша лишь в три часа ночи в больнице? Ответить на данный вопрос женщина не смогла.

 Еще один вопрос судьи тоже поставил в тупик женщину. Мать ребенка не смогла объяснить, почему, узнав от своего сожителя Царева о том, что именно он нанес ребенку травмы, она сразу не сообщила об этом врачам детской областной клинической больницы, на тот момент у нее уже был телефон реанимации. По словам женщины, врачи с самого начала пытались установить причину комы ребенка, проводя различные обследования. На что женщина лишь пожала плечами, описав лишь все действия, которые она предпринимала дома до приезда медиков, чтобы привести ребенка в чувства. А в приемном покое больницы, по данным LipetskMedia, женщина вообще рассказала, что мальчик упал.

 Стоит отметить, что женщина во время следствия не раз меняла свои показания, а обвинительные стала давать лишь спустя полгода с момента трагедии. Позже слова матери подтвердил и ее старший сын. На что тоже обратил внимание сегодня судья. Надо сказать, что во все ключевые моменты не состыковок в словах, мать ребенка ссылалась на сильный стресс, потерю памяти и долгое лечение (прием седативных препаратов) после смерти ребенка.

В завершение опроса 28-летней липчанки, неясным остался лишь один вопрос: с кем в настоящее время проживает ее старший 8-летний ребенок Кирилл. Женщину в феврале лишили родительских прав, правда, с таким решением суда она не согласилась и подала апелляцию. Мальчик должен был воспитываться своим отцом, который проживает в Москве.

 Судебный процесс обещает быть долгим. Перед судом для опроса предстанет обвиняемый, свидетели, эксперты и медики. После чего состоятся прения и уже потом, свой вердикт о виновности или невиновности 25-летнего мужчина вынесут присяжные.

Источник: lipetskmedia.ru